По благословению Предстоятеля Украинской Православной Церкви Блаженнейшего Владимира Митрополита Киевского и всея Украины
"...радость моя, молю тебя, стяжи дух мирен, и тогда тысячи душ спасутся около тебя".

прп. Серафим Саровский
Завет преподобного Серафима родителям (часть II)

     Блаженный Августин, оставивший по себе вечную славу, был первым ребенком. Второй сын Моники - Навигий. Это был кроткий, благочестивый ребенок. Моника находила в нем большое утешение. Августин и Навигий были не единственными детьми Моники. У нее еще была дочь, названная именем одной из наиболее чтимых христианских подвижниц в Африке, святой Перпетуи, знаменитой карфагенской мученицы. Вот семейство блаженной Моники. Несмотря на то, что в нем отец был язычник, что свекровь и все домашние были чужды по вере блаженной Монике и даже, может быть, делали попытки ослабить влияние матери на детей, чтобы воспрепятствовать всякой возможности дать им христианское воспитание, все трое отличались благочестием. Моника была бы утешена юным семейством, дарованным ей Богом, если бы новая, тягчайшая из всех испытанных ею до сих пор горестей не присоединилась к прежним огорчениям и окончательно не отравила ее жизнь. Патрикий все более и более предавался порокам. Ни совершенство ума и сердца его юной супруги, ни нежность и сила ее привязанности к нему, ни рождение троих детей не могли его привязать к семейству: не внимая просьбам и слезам Моники, он начинал явно вести распутную жизнь.
     Оставленная и обманутая мужем, Моника, которой было не более 27 лет, увидев, что все надежды первых дней брака пропадают одна за другою, усугубила упование на Всевышнего и усердные к Нему молитвы. Она продолжала быть кроткой, терпеливой, внимательной к мужу и, надеясь еще более угодить ему, обратила всю любовь на детей.
     Было бы, кажется, излишним говорить, что Моника начала великое дело воспитания своего сына Августина прежде, чем она услышала его детский лепет. Она начала его еще ранее, т.е. прежде его рождения. При первой мысли о счастье, к которому Господь предуготовлял ее, она стала внимательно следить за всеми движениями своей души, научившись в священных книгах, не выходивших с этой поры из ее рук, что в продолжение того времени, когда ребенок ее должен был жить одною с ней жизнью, она обязана, так сказать, освятить его и как бы вселить в него, с помощью благодати, любовь к Богу. Она сделалась еще строже в отношении к своему поведению, стараясь оживлять в себе дух молитвы и непорочности для того, чтобы юная душа получила от нее одни святые впечатления. С одной стороны, под влиянием справедливого страха ответственности, которую она брала на себя, а с другой - по весьма понятной неуверенности ни в своей опытности, ни в своей любви, она, обратив все мысли к Богу, в душе и сердце предала уже Ему своего ребенка.
     Только что родился Августин, она велела представить его в церковь и внести в число оглашенных, т.е. готовящихся к принятию св. крещения. Таким образом, прежде чем Бог благоволил обитать в храме его души, имевшей сначала пройти разные степени заблуждений, чтобы подняться потом на высшую степень духовного величия, Августин был осенен крестом и освящен верой, к распространению которой он предназначался.
     Подобная мать, конечно, не допустила бы своего ребенка до чужой груди. Она опасалась, что постороннее, мирское и, может быть, даже порочное влияние помешает успеху предпринимаемого ею дела, все трудности которого она вполне сознавала. Поэтому она сама выкормила сына своим молоком, почему блаженный Августин говорил, что он вкушал "сладость молока матери". Она вместе с молоком вливала в него познание Спасителя и любовь к Нему, и, получив уже в утробе матери глубокое чувство веры, Августин еще глубже проникся этим таинственным чувством во время своего первого детства.
     С особенною любовию передавала Моника своему сыну ту истину, которую она сама получила, как драгоценность, от предков: презрение ко всему земному, тленному, временному. Она обращала его внимание на вечную жизнь и наполняла его душу желаниями высших благ, удовлетворение которых было невозможно в этой жизни.
     Все эти внушения матери, как видим, должны были развить глубокие чувства в сердце ее сына, но Моника употребила еще нечто другое для развития христианских чувств в душе Августина. Она постоянно ему представляла любовь Бога к человеческому роду: говорила о яслях, где Христос благоволил возлежать, родившись в бедности и уничижении ради нас, о кресте, на котором Он претерпел мученическую смерть, чтобы спасти нас от вечной смерти. Можно представить себе, какое впечатление должно было произвести подобное учение, исходящее из уст праведницы, на нежное и любящее сердце Августина! Действие ее наставлений было так глубоко, что даже среди самых тяжких заблуждений, в увлечении и пылу страстей юности, Августин не забывал о Спасителе.
     Вместе с тем, чтобы еще более развить в душе сына чувство совести, Моника употребляла все силы внушить ему отвращение к пороку и ко всему, что оскверняет непорочность сердца и унижает святое чувство веры. С самоотвержением матери, не боящейся обнаружения своих слабостей для предохранения детей от подобных проступков, она признавалась ему в своих недостатках. Она рассказывала ему со всеми подробностями свою жизнь и те ошибки, которые допустила она в ранней юности.
     "Однажды, - рассказывает Августин, - когда я был еще ребенком, я вдруг заболел так сильно затвердением желудка, что едва было не умер от воспаления. Мать моя была встревожена до глубины души. Но что было причиной ее беспокойства? Боялась ли она лишиться сына? Несомненно, она, как мать, этого опасалась. Но Ты знаешь, Господи, - продолжает блаженный Августин, - что мать моя еще сильнее желала родить меня для вечного спасения, чем дать мне жизнь временную. Ее непорочное сердце билось надеждой доставить мне чрез св. крещение новую, вечную жизнь. Вот почему она беспокоилась, умоляла, чтобы меня окрестили, чтобы я очистился от беззаконий и произнес обет веры в Тебя, Иисусе, Спасителя моего".
     Пока Августин был в опасности, Патрикий позволял Монике действовать, как она хотела. Он слишком равнодушно относился к вере, но, надо ему отдать справедливость, был настолько честен и великодушен, что не хотел, видя сына на краю гроба, стеснять свободу его совести, не хотел также усиливать горя Моники, боявшейся за жизнь сына, еще более тяжким горем - видеть его потерянным для вечной жизни. Но лишь только опасность миновала, Патрикий снова оказался прежним язычником и объявил свою волю, чтобы крещение сына было отложено на неопределенное время. Моника не настаивала: она слишком хорошо знала, что настаивать против воли Патрикия было невозможно. Она повиновалась этому решению.
     Но, с покорностью взирая на опасную будущность, на которую обрекла ее воля мужа, Моника чувствовала, что ее обязанности сделались еще труднее, что она должна еще неусыпнее следить за душою сына. Смущенная недавнею опасностью, которой он подвергался, но в то же время утешенная и поддерживаемая тем, что заметила отрадного в душе Августина во время его болезни, она решилась не оставлять его ни на минуту и, все более и более жертвуя для него пустыми светскими увеселениями, сделалась его ангелом-хранителем, его видимым провидением. Но этим еще не ограничился ее подвиг. Для того, чтобы ни в чем не встречать препятствия к достижению своей благой цели, Моника более, чем когда-нибудь, старалась вести себя в отношении к мужу, свекрови, родственникам и даже слугам со всевозможною кротостию и терпением, о которых мы уже говорили ранее: таким поведением она надеялась обезоружить всех, надеялась даже склонить их к содействию в достижении ее высокой цели.
     Замечательно, что ее свекровь, женщина высокомерная и грубая, которая, по несправедливым наговорам слуг, не любила Монику, первая поддалась ее влиянию. Моника обезоружила ее постоянною кротостию, вниманием, почтительною преданностию, и ее предубеждения мало-помалу исчезли. "Свекровь ее (Моники), - говорит блаженный Августин, - которая сначала была возбуждена против нее ложными наговорами негодных служанок, полюбила ее за кротость, предупредительность, всегдашнюю покорность и ласковость, так что она сама (свекровь) открывала наедине своему сыну злоязычные нашептывания служанок на его жену, поселявшие раздор в их семействе, и требовала для них справедливого наказания. Патрикий, исполняя волю матери, приказывал наказывать служанок, и свекровь тут же приговаривала, что каждая служанка, которая в своих расчетах позволит себе наушничать против Моники, должна ожидать себе такой же награды. С той поры, конечно, все служанки замолкли, ибо Моника стала жить с свекровью в неизменно-приязненных отношениях".
     Служанки замолкли от страха, но Моника старалась достигнуть того, чтобы они не клеветали на нее по любви к ней, и она успела приобрести их привязанность и даже преданность к себе.
     Мало того, родственники и соседи блаженной Моники испытывали на себе ее благотворное влияние. "Твоя верная раба, Боже, чрез которую Ты даровал мне жизнь, получила от Тебя великий дар. При всяком раздоре она старалась, где только могла, водворять мир, так что, если одна из враждующих сторон, в отсутствие другой, с горечью и желчью высказывалась при ней об отсутствующем враждебном лице, то мать моя никогда не позволяла себе говорить при этом об отсутствующей стороне ничего другого, кроме того, что могло служить к примирению".
     Вот почему она мало-помалу сделалась другом всех соседей, приходивших поверять ей свои горести. Она кротко выслушивала их жалобы, осторожно касалась их ран, со свойственным ей искусством успокаивала их и незаметно приводила к примирению.
     Моника знала, что с возрастом сына ее влияние может потерять свою силу; что страсти могут тем скорее увлечь его, что он может извинять их примером отца. Но, с другой стороны, она знала и то, как важны первые годы младенчества для развития сердца ребенка. Поэтому она не пропускала ни одного дня без пользы. Она всякое утро старалась внушить сыну какое-нибудь правило жизни, как всякую весну бросают семена в землю.
     "Она учила меня, - говорит блаженный Августин, - прежде всего думать о Боге, даже прежде, чем об отце, следовать только Его заповедям и любить Его любовью, превышающей все другие привязанности". И она так успела в этом отношении, что все возражения, все противодействия Патрикия оставались бессильными перед кроткою властью, приобретенною ею над сыном и возраставшею с каждым днем.
     Но в то же время, как замечает блаженный Августин, она была чрезвычайно внимательна к мужу. Принужденная иногда противоречить ему и противиться его воле в том, что касалось веры, она тем более во всем другом смиренно и кротко покорялась ему. Превосходя своего мужа и образованием и душевными качествами, она никогда не хотела выказывать того. Она охотно признавала себя его рабою. Если подчас эти унижения и жертвы казались ей тяжелыми, она находила награду в том, что чрез эти самые унижения и жертвы приобретала возможность беспрепятственно развивать в душе сына любовь к Спасителю.
     По смерти Патрикия Моника заметно сделалась еще совершеннее: высокие стремления ее души, не находя более препятствий, стали проявляться с большою свободою, и она скоро достигла совершенства добродетели. Из уважения к памяти мужа она дала обет в своем сердце не вступать во второй брак и посвятить всю жизнь служению Богу и воспитанию детей.
     Скоро к печали об утрате мужа, которого она полюбила, забывая все его обиды, присоединилась и другая печаль, не менее тягостная: грусть матери, видящей гибель души сына, который, видимо, пошел по дурному пути.
     Моника с ужасом следила за развивающимися пороками сына, но не предавалась отчаянию. Она твердо уповала на Бога.
     Бог услышал молитвы Моники, и надежда матери оправдалась. Однажды Моника, утомленная сильными потрясениями, предалась минутному отдохновению и увидела сон, который успокоил ее и возвратил ей надежду. "Ей приснилось, - говорит блаженный Августин, - будто она в сильной скорби стоит на деревянной доске, и в это время к ней подошел юноша в светлом образе, с веселым лицом, тогда как она от печали и горести заливалась слезами. Подойдя к ней, он спросил у нее причину ее слез, хотя и видно было, что он знал ее и спрашивал только для того, чтобы ее утешить. Когда Моника отвечала, что она сокрушается о погибели сына, то он, чтобы утешить ее, возразил: "Не беспокойся так много, - и, указывая на доску, на которой она стояла, прибавил: - Посмотри на своего сына: он там же, где и ты". Тогда она обернулась и, действительно, увидела Августина подле себя, на той же доске. "Кто мог обрадовать ее этим утешительным лучом света, - восклицает Августин, - как не Ты, Боже, внявший ее голосу и сердечным воплям!"
     Но не скоро сбылся пророческий сон: только после семнадцатилетнего сопротивления Августин сдался, побежденный слезами Моники.
     Первою мыслию Августина после обращения было поспешить к блаженной Монике. Он бросается в ее объятия и обливает ее слезами. Он не в состоянии был говорить и только прижимал ее к сердцу. Он смотрел на нее взглядом, в котором изливалась вся его благородная душа. Своим молчаньем он выражал ей то, что повторял различными словами до конца жизни. "Да, если я достойный сын Твой, Господи, это оттого, что Ты даровал мне в матери верную рабу Твою". И еще: "Я обязан тем, что я есмь, моей матери, ее молитвам, ее достоинствам". И в другом месте: "Если я люблю более всего истину, люблю ее одну, готов умереть за нее, я обязан этим матери. Бог не мог не услышать ее молитв". И, наконец: "Если я не погиб навеки в заблуждении и зле, я обязан этому долгим и усердным слезам матери". Вот какими выражениями благодарности к матери наполнены писания блаженного Августина. Он тогда живо чувствовал то, что выражал позже, и старался доказать это матери своим взглядом и поцелуями, безмолвно обнимая ее и как бы не желая отторгнуться от ее объятий.
     Блаженная Моника также не могла скрыть своей радости. Она орошала Августина слезами, обращала на него взгляд, дышащий счастьем, и при каждом произносимом им слове снова радостно содрогалась. Видеть его истинным христианином, добрым семьянином, честным человеком, на пути к душевному спасению было предметом всех ее молитв. Ей казалось, что, получив эту милость от Бога, она могла умереть счастливою.
     Матери-христианки! из примера блаженной Моники вы видите, что может сделать в деле воспитания истинная мать, даже когда она ни в ком не встречает опоры, и как счастливы дети той матери, которая исполнена пламенного чувства любви к Богу и украшена всеми христианскими добродетелями.
     Но продолжим еще несколько нашу беседу.
     Вам известны, конечно, жены-христианки, такие из матерей, которые, воспитавши в благочестии своих детей, пожинают плоды своих трудов еще при жизни и доживают до того времени, когда дети их, выросши, становятся примерными христианами, верными слугами царя и отечества, прекрасными людьми в семье и кормильцами и опорою их матерей в их старости. Бесспорно, что и это - великая награда таким матерям. Но вот тут какой является вопрос: получат ли они награду за благочестивое воспитание детей и в будущей жизни? И в благочестии воспитанные ими дети заплатят ли им чем-либо за их труды и заботы о них и в загробном мире? Как решить вопросы сии? Решим при помощи примера.
     Св. Марфа, память коей св. Церковь совершает 4 июля, имела единственного сына Симеона. Воспитала его, как сказано в житии ее, со всяким усердием, и Бог привел ей и при жизни порадоваться на святую и богоугодную жизнь сына. Но вот наступило для Марфы время отшествия ее в мир горний, и тут, за день до кончины своей, она удостоилась следующего видения. Представилось ей, что она восхищена была на высоту небесную и там увидала она дом пречудный и светлый, которого красоты и передать невозможно. И когда она ходила в доме том и удивлялась чудному устройству его, вдруг увидала Пресвятую Богородицу с двумя пресветлыми ангелами, Которая сказала ей: "Что удивляешься?" Марфа, с благоговением поклонившись Матери Божией, отвечала: "Удивляюсь потому, Владычица, что такого чудного дома во все дни жизни моей на земле не видала". Тогда Царица Небесная сказала: "Как ты думаешь, кому этот дом уготован?" - "Не знаю, Госпоже", - отвечала Марфа. Пречистая продолжала: "Знай, что этот покой тебе уготован, и этот дом создал для тебя сын твой, и ты в нем вовек пребудешь". После этого, по велению Владычицы, ангелы поставили престол дивный, и Матерь Божия продолжала: "Эта слава тебе дается за то, что ты в страхе Божием и богоугодно жила. Но хочешь ли видеть здесь и еще славнейшие места?" И, сказавши это, велела Марфе следовать за Собою. И возвела ее Царица Небесная на высочайшие небесные места и показала ей еще чудный и светлый, несравненно против первого, дом, красоты которого ни ум человеческий постигнуть, ни язык чей-либо изречь не может. Тут Матерь Божия сказала: "И этот дом создал сын твой, да еще и третьему положил основание". Через день после этого блаженная Марфа скончалась ("Четьи Минеи", июля 4).
     Итак, жены-христианки, знайте, что матери, в благочестии воспитывающие своих детей, не только в этой, но и в будущей жизни будут награждены за свои труды и заботы о детях, и сами дети их, взращенные ими в благочестии, заплатят им там за их попечения о них. А зная это, и сами вы удвойте свою ревность о воспитании детей ваших и, преуспевая сами в добродетели, приучайте их к тому, чтобы они исполнение заповедей Божиих или жизнь благочестивую и добродетельную ставили для себя выше всего. Напечатлевайте глубже в нежных сердцах их нелицемерный страх Божий и всегдашнее благоговение пред всевидящим оком Божиим, сыновнюю покорность заповедям Божиим и уставам святой Церкви и отвращение от всякого греха. Приучайте, наконец, и к тому, чтобы они каждое дело начинали и оканчивали молитвою, во всех добрых делах просили помощи у Бога, за всякий дар благодарили Его; в скорбях и нуждах прибегали с молитвою к Нему и на Него возлагали надежду, и чтобы в счастии не превозносились, а в несчастии не унывали. И вот, когда так воспитаете их, тогда несомненно, выросши, они преуспеют в мудрости и благодати и, преуспев, обеспечат и свое и ваше счастие и здесь и в жизни будущей. (Взято с сокращ. из кн.: Орлова. "Женские подвиги и добродетели в живых рассказах", 2-е изд., Т-ва Сытина.)

 

Памятка христианину:

Панорама храма:
Панорама храма

Рекомендуем посетить:
Свято-Успенская Киево-Печерская Лавра
Монастыри и храмы Киева
Храм свв. мчч. Адриана и Наталии
Get Adobe Flash player
Київська Митрополія Української Православної Церкви